Политический Эксперт

Главы всех бывших советских республик в Центральной Азии слетелись в Китай на открытие Олимпиады. Они либо уже провели переговоры с главой КНР Си Цзиньпином, либо собираются сделать это. Президент России Владимир Путин тоже посетил Пекин и встретился с китайским коллегой. Вот только со своими союзниками по ОДКБ и ЕАЭС он не увиделся, зато назвал Центральную Азию общим с Китаем регионом. «МК» выяснил у экспертов, значит ли это, что Россия отказывается от своих амбиций на части постсоветского пространства. Главы Узбекистана, Таджикистана, Казахстана и Киргизии (слева направо) воспользовались Олимпиадой, чтобы лоббировать в Китае свои интересы. Фото: пресс-секретарь президента КР В России Украину часто именуют своей «зоной жизненных интересов», вспоминая о совместной истории и особенно о ее советском периоде. Страны Центральной Азии (ЦА), как правило, таких эпитетов не удостаиваются. Наоборот, президент России Владимир Путин и глава Китая Си Цзиньпин назвали Центральную Азию «общим сопредельным регионом», что наглядно доказывает не только отсутствие монопольных прав Москвы на регион, но и желание эти права навязать. «Россия и Китай решили подчеркнуть свои добрососедские отношения. Во-первых, у них есть общая граница протяженностью около 4 тысяч километров. Во-вторых, Россия и Китай заинтересованы в стабильности Центральной Азии», — заявил «МК» старший научный сотрудник Центра постсоветских исследований ИМЭМО РАН Станислав Притчин. В свою очередь лидеры ЦА Садыр Жапаров, Касым-Жомарт Токаев, Шавкат Мирзиеёв, Эмомали Рахмон и Гурбангулы Бердымухамедов тоже приехали на Олимпийские игры, много фотографировались друг с другом, но с Путиным так и не встретились. Зато все, кроме Жапарова (ему это, видимо, еще предстоит), переговорили с Си Цзиньпином. Каждому из них было обещано укрепление сотрудничества в сфере инвестиций, обмена опытом в государственном управлении и так далее. «Между странами ЦА есть ряд вопросов, который требует регулирования, поиска эффективных решений. К тому же регион находится между двумя крупными государствами, с которыми нужно выстраивать отношения, не создав проблем для себя. По отдельности странам ЦА сложно отстаивать на международной арене свои политические и экономические интересы. В связи с этим приходит понимание, что можно получить дивиденды, двигаясь сообща», — заявила «МК» казахстанский политолог Толганай Умбеталиева. Вместе с тем она отметила, что сегодня в странах ЦА много говорят о необходимости отказаться от термина «постсоветское пространство». По словам Толганай Умбеталиевой, сегодня цели и путь центральноазиатского пространства слишком сильно отличаются от других бывших советских республик, чтобы продолжать ассоциировать его с ними. Толганай полагает, что одним из проявлений желания лидеров центральноазиатских государств подчеркнуть свою самобытность стало отсутствие их встречи с Путиным в Пекине. При этом политолог уверена в заинтересованности стран региона в равной представленности России и Китая без серьезного доминирования одного из этих государств. В свою очередь эксперт по странам Центральной Азии Аркадий Дубнов рассказал «МК», что своими совместными снимками лидеры стран ЦА пытаются продемонстрировать миру свою способность преодолеть имеющиеся между ними разногласия и разночтения. Кроме того, тем самым они могут демонстрировать свою поддержку Токаеву после драматических январских событий в Казахстане. «Все это очень похоже на региональный политес, направленный на создание центральноазиатской общности. Лидеры стран региона пытаются превратить Центральную Азию в субъект международной политики», — отмечает Дубнов. Что касается того, почему они не встретились с Путиным, то тут эксперт выделяет две возможные причины. Во-первых, график делегаций в Китае был предопределен жесткими ограничениями, связанными с коронавирусом. Во-вторых, у Путина есть и другие возможности встречаться с лидерами ЦА. Например, недавно прошел виртуальный саммит ОДКБ по казахстанским событиям. «Кроме того, ему нужно спешить — скоро встреча с президентом Франции Эммануэлем Макроном, а человек никак выспаться не может.» — заключил Дубнов. С противоположным мнением выступил политолог из Киргизии Денис Бердаков. «Между государствами стран ЦА есть огромное недопонимание. Однако всем международным игрокам удобнее работать с форматом «5 1». При этом уровень внутренней интеграции между государствами региона крайне низкий. Это касается экономики, инвестиций, технологий и тем более гуманитарной сферы», — пояснил «МК» Бердаков. Эксперт отметил, что идея выступать вместе на международной арене принадлежит Узбекистану, и именно эта страна активнее других выступает за центральноазиатскую интеграцию. «По отдельности страны региона не очень интересны крупным игрокам, в том числе Китаю. Но вместе мы можем продвигать большие инвестиционные проекты. Например, Киргизии выгодно добиваться строительства железной дороги из Китая, поэтому ее продают под брендом половины Центральной Азии», — сказал эксперт. Оценивая переговоры в Китае, Бердаков рассказал «МК», что считает их своеобразным форумом «анти-Байдена». «Приехали все те, кто готов политически поддержать Пекин в противостоянии с США. Соответственно, программу форума утверждал Китай, для которого Россия — это не Центральная Азия. И, естественно, Пекин не воспринимает Москву как равную себе. В свою очередь, у государств ЦА очень тесные связи с Россией по мигрантам, безопасности, торговле и инвестициям, но это двусторонние отношения, а мир шире», — рассуждает политолог. Анализируя последствия переговоров в Китае, Бердаков заявил, что в краткосрочной перспективе они никак не скажутся на интеграции в рамках ЕАЭС. Однако в будущем, если евразийская интеграция выйдет на новый уровень и решит создавать собственные технологические цепочки с добавленной стоимостью, отношения с Китаем станут проблемой. «Дело в том, что Путин договорился с Си Цзиньпином об отсутствии территориального протектората и соответствии своей деятельности требованиям ВТО. В этих условиях ни о каком развитии ЕАЭС через 10–15 лет речи быть не может. А в нынешнем положении эта организация удобна для Китая, потому что это организованная экономическая площадка без внутренних границ, главное — пройти на нее, а дальше надо будет только закачивать свои товары», — констатировал Бердаков.