Политический Эксперт

Россия может стать виновницей подрыва продовольственной безопасности во всем мире. Введенные ограничения на экспорт зерновых, несмотря на наличие спроса со стороны ключевых иностранных покупателей, могут привести к глобальному дефициту пшеницы. Об этом сообщило агентство Bloomberg. Между тем закрытие «зернового крана» выйдет боком и для внутреннего рынка. Недостаток мощностей для хранения товара заставит отечественных аграриев арендовать дополнительные склады, что повлияет на конечную стоимость зерна и, как следствие, муки и хлеба на магазинных полках. фото: pixabay.com Россия в последние годы стала одним из ведущих экспортёров зерна. Отечественные производители поставляют ежегодно за рубеж около 43 млн. тонн продукции, из которых 35 млн. тонн — это пшеница. В начале текущего года Минсельхоз спрогнозировал рост экспорта до 45 млн тонн. Однако пандемия внесла свои коррективы в работу зернового рынка. Российское аграрное ведомство ввело квоты на экспорт пшеницы, кукурузы, ржи, ячменя. Предполагалось, что до конца июня из страны вывезут не больше 7 млн. тонн. Однако все эти объемы были скуплены уже к 26 апреля. Введенное ограничение на экспорт власти объяснили защитой собственного рынка. В аграрном ведомстве считают: во-первых, такая мера должна снизить внутренние цены на зерновые, во-вторых, квоты нужны для обеспечения продовольственной безопасности страны. По мнению главного аналитика ТелеТрейд Марка Гойхмана, квоты вызваны были тем, что весной резко выросла цена экспорта зерновых. «Парадоксально, но долларовая стоимость пшеницы превысила цену нефти. В таких условиях аграриям стало выгоднее продавать зерно «за бугор» в ущерб внутреннему рынку, — подчеркивает эксперт. — В то же время нужно было учесть повысившийся спрос в России, возможное снижение будущего урожая из-за малоснежной зимы, неопределённые перспективы продовольственного рынка при пандемии. Государство приняло решение ограничить вывоз зерна как стратегического ресурса продовольствия для обеспечения потребностей нашего рынка». Ажиотаж на внешних рынках и беспокойство других стран относительно российских поставок зерна объясняются тем, что на фоне пандемии коронавируса все чаще звучат опасения касательно нехватки продовольствия. Но, между тем, в мире имеются и другие поставщики пшеницы. США, например, ограничения на экспорт зерновых не вводили. Так что спрос может быть частично удовлетворен и за счет экспорта других государств. Традиционные покупатели российского зерна многочисленны — десятки стран Америки, Африки, Азии, Европы, включая СНГ. Во многих из них доля поставок из России в импорте зерна очень высока. Например, она составляет от 60% до 100% в Турции, Египте, Судане, Иране, Монголии, Албании, Никарагуа, Сирии и Катаре. «Ограничения экспорта затронут эти страны, однако вряд ли приведут к катастрофе, — полагает Марк Гойхман. — Основные поставки текущего года из России уже произведены. Оставшийся импорт может быть дополнен иными поставщиками. Кроме того, на новый урожай с вывозом из России с 1 июля, ограничение пока не распространяется». Последний раз наша страна ограничивала вывоз зерна в 2010 году, когда горели торфяники по всей России, и очень жаркое лето могло привести к неурожаю. Тогда цены на внутреннем рынке не опустились, а увеличились после принятия решения о квотах. «Это отразилось на стоимости продуктов питания – цены выросли, скакнула инфляция, мука подорожала на 18%, хлеб – на 10%. Стоимость потребительской корзины в России выросла на 20-30%», — вспоминает исполнительный директор Goldman Group Дмитрий Гелемурзин. Тогда некоторые зарубежные политологи считали, что запрет на экспорт зерна из России стал одним из поводов начала «Арабской весны»: недостаток пшеницы и других культур вызвал рост продовольственных цен в ряде стран, где впоследствии начались народные волнения, а правительства были смещены. Сегодняшние ограничения на экспорт негативно отразятся и на отечественном рынке. «Недостаток складских мощностей заставит компании арендовать дополнительные склады, что повлияет на конечную стоимость зерна, — считает Гелемурзин. — В дальнейшем рискуют разрушиться отношения с зарубежными партнерами: связи налаживались долгие годы, сейчас Россия может потерять к себе доверие. Решение Москвы уже отразилось на мировых ценах на зерно, которые подскочили на 23% по отношению в аналогичному периоду прошлого года». Людмила Александрова