Политический Эксперт

Две звезды заложили на Алее славы в Ессентуках. Одну — в честь Виктора Сухорукова, которому скоро исполнится 70 лет. Вторую — во славу звезды советского кино Татьяны Пилецкой. Почти двое суток добиралась она из Петербурга на Кавказ, голодала в пути, но вышла из вагона во всем блеске невероятного оптимизма. Ничего, кроме булочки, с собой не взяла. Кто же знал, что вагон-ресторан работать не будет. Так начался фестиваль «Хрустальный источник». Фото: Светлана Хохрякова В его конкурсе представлено одиннадцать картин разных жанров — от «Эсава» Павла Лунгина до «Последней «Милой Болгарии» Алексея Федорченко. Президент жюри — кинорежиссер Владимир Хотиненко — сокрушается, что сегодня из кинематографа исчез живой, нормальный человек. Вопрос о герое нашего времени даже не стоит. Остались марионетки, схемы, модели. Королевой фестиваля стала Рената Литвинова. На высоких каблуках она «несла-несла свое нагромождение», роскошное черное платье с акцентом на спине, создававшее эффект кимоно. Внимание публики привлекли ее огромные «блескучие», как говорит сама Рената, клипсы и «полезная» обувь. Если ваши пальцы разделены, то это лучший вариант. И скажет Рената об этом так, словно произносит: «Ваши пальцы пахнут ладаном». Вот и в слове «Эльбрус» она делает ударение на первом слоге. Звучит странно, но теперь на фестивале так все и говорят. Илья Авербух и Лиза Арзамасова. Фото: Светлана Хохрякова Все ее ждут — Илья Авербух с беременной Лизой Арзамасовой, от которых идет сумасшедшая энергия любви, 93-летняя Татьяна Пилецкая, снявшаяся в ее картине «Северный ветер». Но Рената как богиня опаздывает минут на сорок, и никто не в обиде. Красота требует жертв. — Я все время совершаю над собой усилие, и это работа, — рассказывает нам Рената. — Есть люди, которые едят одну горошинку в день, занимаются кроссом, надувают себе губы, как плюшки, а поговорить с ними не о чем. Работа над оболочкой. Ой, гадость. Не помню, когда в последний раз ела жареную картошку, товарищи. Только в поездках могу попросить себе чай с сахаром. Представляете? Когда ты жирный и сам себе не нравишься, тебе не хочется даже надеть красивое платье. Ты не хочешь смотреть на свое отражение. На Кавказе Рената представила свою режиссерскую работу «Северный ветер», посетила парк, не очень понимая, в каком городе оказалась, перепутала Ессентуки с Кисловодском. Кира Муратова называла ее чудачкой. И правда, рассказывает, как гуляла в местном парке — смешно, готовая новелла: «Там бегают собаки, бабушки что-то продают. Время остановилось. Вспомнились фильмы Феллини, снятые им в родном городе. Как будто меня отбросило в детство с его застоявшимся воздухом каникул, когда некуда идти. Любому творческому человеку нужны паузы, когда попадаешь в горячий вакуум, и тебе никуда не надо, и ты никому не нужен. Бредешь по парку и думаешь о чем-то важном». Виктор Сухоруков и Татьяна Пилецкая. Фото: Светлана Хохрякова В спектакле «Северный ветер» в МХТ им. Чехова, поставленном Ренатой, играет старейшая мхатовская актриса Раиса Максимова. Ей тоже 93 года, как и Татьяне Пилецкой. Они исполняют одну и ту же роль в театре и в фильме. — Это две мои любимицы. Я их ассоциирую с мамой. Люблю породистых актрис старой школы, силу их характера, сверкучесть, нематериальность. Максимова мне говорила, что если предашь музу театра, то она покинет тебя навсегда. Я фанат советского кино. Я вдохновлялась Нонной Мордюковой, которую считаю лучшей актрисой советского кино, Фаиной Раневской. Какая порода! Трудно найти такие мощные аналоги среди молодых актрис, хотя, когда им будет 93 года, может, и они наберут мощь. Возраст, морщины — это тоже багаж. Ты не можешь быть гладким всю жизнь. Просто нужно уметь красиво состариться, прожить так, чтобы сохранить свою душу. Старость неизбежна. Знаете, что я вам скажу, — лучше быть старой, чем мертвой. Рената блеснула, как комета, да и была такова. Умчалась на день рождения дочери в Москву. — Ульяна учится в Королевской академии искусств в Антверпене и пока видит себя как художник и арт-дизайнер. Сейчас она делает коллекцию одежды. Сама Литвинова на актрису не училась, окончила сценарный факультет ВГИКа. Теперь вспоминает те странные времена: — Тогда были ошметки Советского Союза. Он распадался. Меня отправили стажироваться на «Мосфильм» в объединение Сергея Бондарчука. Я написала отчет, за который мне поставили «двойку». Я написала, что «Мосфильм» полон холмиков, в которых зарыты несостоявшиеся таланты. А когда я перебирала сценарии, то в них были волосы наших редакторш. Потом кинематограф развалился. По киностудии бегали собаки. Снимали единицы. У меня был гонорар 500 долларов за сценарий и за роль, но я была счастлива. Никогда не ставила задачу заработать денег. Была задача снять великое кино. Я никогда не хотела сниматься. Когда меня пригласила Кира Муратова в «Увлеченья», я не могла отказать, потому что она была для меня священная. Вот так я стала артисткой. Когда читала оскорбительные рецензии, то думала: «Господи! Как такое можно писать?» Когда защищалась на сценарном факультете, редакторша спросила: «Вы вообще говорите по-русски? Какой-то подстрочник». Никогда не было, чтобы мне сразу сказали, что ты такая уникальная, пожалуйста, возьми деньги и работай.