Политический Эксперт

Бессмертный джаз-оркестр звучит снова: в стенах Музея Победы наПоклонной горе теперь хранится картина, навсегда увековечившая память о джазовых музыкантов, погибших во время Великой Отечественной войны. К 80-летию Победы состоялась презентация полотна «Посвящение Госджаз-оркестру СССР» художницы Паулы Стельмащук. Фото: Пресс-служба Фонда Игоря Бутмана Кто сказал, что надо бросить песни на войне? После боя сердце просит музыки вдвойне. Когда говорят о музыке на войне, прежде всего имеют в виду эстрадных и оперных певцов, инструменталистов, которые ездили на фронт и в госпитали, но о джазовых музыкантах говорят несправедливо редко. — Люди всех профессий участвовали и защищали нашу страну. И это коснулось и джазовых музыкантов. Это тоже и наша гордость, и наша память, и наша благодарность. Мы помним, что мы тоже часть огромной нашей истории, наших побед, нашей гордости, — отметил Игорь Бутман на презентации картины художницы Паулы Стельмащук «Посвящение Госджаз-оркестру СССР», полотно передали в дар музею и оно займет свое место на экспозиции. Сюжет картины напоминает нам об истории музыкантов Государственного джаз-оркестра СССР. Когда началась война, они вошли в состав Отдельного образцово-показательного оркестра Народного комиссариата обороны СССР. Коллектив под управлением Юрия Лаврентьева направили на Западный фронт, чтобы поддерживать солдатов, радовать их музыкой, дарить настроение. — Я очень рад, что картина, посвящённая подвигу Государственного джаз-оркестра, теперь станет частью экспозиции Музея Победы и продолжит вдохновлять ещё многие и многие поколения музыкантов. Далее мы будем работать над созданием памятника, который планируем установить на месте гибели Оркестра под Вязьмой. Героев забывать нельзя, — отметил народный артист. Музыканты уехали в командировку 16 сентября 1941 года, Джазово-эстрадная группа в составе 28 человек отправилась выступать перед действующей армией. Вторая важная дата — 8 октября 1941 года, в этот день напечатали приказ начальника Политотдела 20-й армии Афиногенова «О работе Красноармейского джаза НКО СССР» — за образцовое выполнение задания командования личному составу музыкантов объявили благодарность. Однако узнали об этом не все музыканты. Со 2 по 13 октября 1941 года шла Вяземская оборонительная операция Западного и Резервного фронтов, в результате — окружение войск Красной армии, в которое попал и джаз-оркестр. Некоторым удалось вырваться и вернуться в расположение, но из тех 11, кто не вернулся, 8 до сих пор считаются пропавшими без вести официально, однако есть сведения, что музыканты погибли. Фото: Пресс-служба Фонда Игоря Бутмана Саксофонисту Товмасу Геворкяну удалось спастись вместе с певцом Георгием Виноградовым и тромбонистом Иваном Ключинским. Линию фронта они перешли в Можайске, а затем были эвакуированы в Москву. Геворкян сделал яркую музыкальную карьеру, был первым из советских саксофонистов удостоен звания заслуженного артиста РСФСР. Воспоминания Товмаса Геворковича о тех страшных днях осени 1941 года — единственное свидетельство, подтверждающие гибель тех, кого считают пропавшими без вести. Судьбу некоторых удалось узнать. Например, танцор Георгий Кадников попал в концлагерь Маутхаузен, откуда он был освобожден в конце войны, карьеру он продолжил в Московском цирке в качестве режиссера. Трубач Алексей Кириленков погиб в Дахау, а о судьбе дирижера оркестра Юрия Лаврентьева до сих пор не удалось что-либо выяснить. С оркестром в окружение попал брат композитора Матвея Блантера Яков, он был журналистом, судьба Якова тоже неизвестна. В рамках презентации картины выступил биг-бэнд Академии джаза под управлением Павла Овчинникова, исполнили «Синий платочек», «От героев былых времен», «День Победы» и конечно же «Катюшу», первым исполнителем которой был Государственный джаз-оркестр в 1938 году. Сама картина «Посвящение Госджаз-оркестру СССР» художницы Паулы Стельмащук метафорична: фон — ноты «Катюши», на переднем плане музыканты в военной форме, играющие под воздушной атакой. Полотно презентовал Игорь Бутман, который прервал свою официальную речь — невозможно было сдержать слезы.