Политический Эксперт

15 февраля исполняется очередная, уже 33-я годовщина окончания вывода из Афганистана советских войск. Этой уникальной операцией руководил Герой Советского Союза генерал Борис Громов, который тогда командовал 40-й армией. Своими мыслями и переживаниями тех лет он поделился в недавно вышедшей в свет книге «Три жизни одного человека». Жизнь номер один в ней как раз и посвящена афганским событиям более чем тридцатилетней давности, в которых волею судьбы Борис Всеволодович принимал участие в течение пяти с половиной лет из девяти, на протяжении которых в Афганистане шла война. — Борис Всеволодович, почему в вашей книге ее самая большая часть рассказывает об Афганистане? — Все просто. Афганистан — одна из самых сложных и трагических страниц моей жизни. Потому что я провел в Афганистане в общей сложности пять с половиной лет, то есть больше кого бы то ни было из военных людей, и не только реально лучше других знаю эту страну и события тех лет, которые имели место там. Главное состоит в том, что они, эти события, коренным образом повлияли на судьбу нашей большой страны — СССР. Об этом очень мало говорили и тогда, и говорят сегодня. А моя книга — результат того, что я пережил и видел в Афганистане собственными глазами; что я извлек после длительного изучения архивов по этой теме. — Решение ввести советские войска в Афганистан было правильным или нет? — Это решение было катастрофической ошибкой. Потому что: Первое. Война в Афганистане привела к многочисленным жертвам, проглотила огромные материальные ресурсы, дестабилизировала положение в мире, в Центральной Азии и усилила политическую радикализацию ислама. Реально она явилась одним из факторов, повлиявших на распад СССР. Второе. В конце 70-х годов никакой необходимости направлять советские войска в Афганистан не было, так как отсутствовали для этого причины, хотя желание у Советского Союза сохранить эту «дружественную» страну под своим контролем было большим. Главным в принятии решения на ввод войск в ДРА оказался «личностный», субъективный фактор. Со стороны руководства СССР была допущена явная переоценка собственного могущества и недооценка способности афганцев к сопротивлению. Плохо проработана общая ситуация в регионе и особенно — возможное влияние внешнего фактора, то есть США и их союзников. Задачи нашим руководством были поставлены по максимуму, а силы для их выполнения выделены по минимуму. Третье. Решение советского руководства о вводе войск в ДРА было принято без надлежащей оценки обстановки и развития ситуации, без анализа масштабов и способов предстоящих боевых действий. У лидеров СССР было смутное представление о конечном результате ввода войск. Но так планировать и начинать войну — полное безумие. К счастью для них, в течение всего хода войны наши войска «подправляли» волюнтаристские решения московских «полководцев». К войне необходимо относиться очень серьезно и основательно. — Есть версия, что американцы подначивали СССР к такому решению. Что вы на это скажете? — 26 декабря 1979 года помощник президента США по национальной безопасности Збигнев Бжезинский направил президенту Джимми Картеру меморандум по поводу ввода советских войск. Он сразу же почувствовал выгоду США в связи с вводом советских войск в Афганистан и решил воспользоваться предоставленным уникальным шансом для усиления подрывной деятельности против Советского Союза. Соединенным Штатам удалось в конце концов направить вектор исламского экстремизма против СССР, а позже — России и других государств Средней Азии, Югославии… В то же время ЦРУ направляло свою деятельность не на изгнание советских войск из Афганистана, а на недопущение их выхода, чтобы создать условия экономического разорения и подрыва политического авторитета СССР в мире. Они исходили из того, что советские лидеры, с трудом признающие свои ошибки, будут в Афганистане стоять до последнего солдата. — Альтернатива прямому военному вмешательству была? — Конечно. Но слово «вмешательство» я бы вообще не стал употреблять. Мы вошли туда по просьбе законных властей. Точно так же, как сейчас в Сирии. Это были законные власти, они нас попросили ввести войска. Альтернатива, если мы хотели помогать Афганистану (а Советский Союз хотел помогать и делал это всегда), была та же, что и раньше: продолжать наращивать военно-техническую и экономическую помощь, обучать военных спецов, инженеров, транспортников. Только в этом, считаю, и состояла альтернатива. — В чисто военном плане афганская кампания строилась по-разному, но в целом удачно. Почему тогда в общественном сознании внутри страны и в мире результат часто воспринимается как поражение? — Действительно, до сих пор не утихают споры о том, выиграла или проиграла 40-я армия войну в Афганистане. Самое правильное то, что нет предмета спора, ибо у нас, у 40-й армии, не было задачи победить военным путем, такой задачи не существовало в природе. Ее не существовало ни в приказах министра обороны, ни в директивах начальника Генерального штаба, ни тем более в неких указаниях ЦК КПСС или советского правительства. Именно поэтому и была подобрана соответствующая структура и численность Ограниченного контингента советских войск в Афганистане! Поэтому появляющиеся периодически заявления и высказывания разного рода «политиков» и представителей других профессий о том, что 40-я армия потерпела поражение в Афганистане, являются обыкновенной ложью и дешевым популизмом на костях наших ребят. А если бы такая задача (не дай бог) стояла, то будьте уверены, она была бы выполнена, но при этом было бы море крови. Наши «умники-теоретики» все время рассуждают о невыполненных якобы военных задачах. Знатоки вы наши! Но никто ни разу не осмелился рассмотреть выполнение, а точнее, невыполнение основных политических задач за время пребывания в ДРА. Видимо, что-то мешало, а может быть, и кто-то. За все время, которое там находились, мы не позволили ни одной армии мира не то чтобы нарушить границу Афганистана, но и попытаться вторгнуться на ее территорию. Не допустить этого — вот главная была для нас (40-й армии) официальная задача! В ходе ее выполнения мы перемололи огромное количество боевиков и террористов. Это был наш большой вклад в надвигавшуюся борьбу большинства стран мира с терроризмом. — Почему тогда правительство Мохаммада Наджибуллы пало, когда Союз вывел войска? — Это произошло вовсе не сразу. Три года после вывода советских войск обстановка в Афганистане была более-менее нормальной, стабильной. И только тогда, когда Борис Николаевич Ельцин принял решение прекратить оказывать Афганистану экономическую помощь, то после этого все резко изменилось, и произошла катастрофа. Страна погрузилась в хаос, войну всех со всеми, сопровождавшуюся грандиозным насилием талибов над мирным населением. — Вы сказали, что войска не надо было вводить, а то, что СССР вывел войска из Афганистана, правильно или нет? Могли бы уйти иначе, раньше или позже? — Конечно, правильно. Альтернативы не было. И очень важно, что вывести войска необходимо было в срок, определенный Женевскими соглашениями. Что мы и сделали — уверенно, красиво и практически без потерь, в отличие от США и НАТО, которые опозорились в такой же обстановке, показали свою профнепригодность и ничем не подкрепленную манию величия. — Без советских войск в Афганистане правительство Наджибуллы имело шанс удержаться? — Скорее всего, удержалось бы. Но когда верный ленинец-интернационалист Борис Николаевич Ельцин принял решение прекратить помощь, все посыпалось. Буквально сразу. — Была ли возможность спасти Наджибуллу, который сначала скрывался на территории миссии ООН и был убит талибами, когда взяли Кабул? — Нет, не думаю. Время было упущено. Мне очень жалко этого человека, что с ним так обошлись и бросили его. Талибы поймали его в Кабуле, убили, изувечили его тело и повесили на дереве в центре города. — Какова была цена афганской кампании? В одном из своих выступлений в начале 1990-х вы говорили: «Очевидно, в настоящее время никто не в состоянии назвать точную цифру, которая смогла бы охарактеризовать расходы Советского Союза на содержание афганской революции». Сейчас порядок цифр назвать можно? — В своей книге я показал архивные документы на эту тему. Цифры огромные. Но окончательные суммы я нигде так и не обнаружил. — На рубеже 1980–1990-х можно было услышать, что война в Афганистане была настолько тяжелой материально и морально, что даже стала одной из причин краха СССР. Насколько это мнение справедливо? — Без сомнения, война в Афганистане явилась серьезным толчком к началу распада великой страны — Советского Союза. Это очевидно и сегодня, спустя несколько десятилетий после ее (войны) завершения! — Если сравнить действия американцев в Афганистане с действиями советских войск, то в чем будет главное отличие? — Отличий много: и в целях, и в задачах, и в способах их выполнения. Но главное заключалось в том, что мы с афганцами были честными и в бою, и в обычной жизни! Мы относились к простым афганцам с уважением, много помогали им во всем, и они это ценили и помнят до сих пор! Я безмерно рад тому, что наша 40-я армия — или, как ее еще величали, Ограниченный контингент советских войск в Афганистане, — показала себя в те тяжелые военные годы с самой лучшей стороны, а ее солдаты — наши мальчишки, пацаны, офицеры и генералы, служащие Советской армии, — проявили настоящее мужество, героизм, отвагу и преданность своей Родине, которая и сегодня может гордиться своими воинами-«афганцами».