Политический Эксперт

«Финишная прямая» для МКС, которая почти выработала свой срок, обсуждается в эти дни на 72-м Международном астронавтическом конгрессе в Дубае. Глава Роскосмоса Дмитрий Рогозин выдвинул свои предложения по поводу ее дальнейшей судьбы, а точнее сохранения возможности для России оставаться на орбите после прекращения работы российского сегмента. О них он рассказал в ходе онлайн-брифинга во вторник. Фото: nasa.gov – По сути, мы стоим на пороге важных событий, – сказал Дмитрий Рогозин. – С одной стороны, финишная прямая для МКС. Американцы говорят, что намерены работать на ней до 30-го года (во что слабо верится). Я им ответил, что срок службы должны определять специалисты, а не политики. К тому же забрезжил свет вокруг новой станции. Какой ей быть? Сейчас мы говорим о российской орбитальной служебной станции РОСС. Может, она станет прототипом новой МКС с широким международным участием. Напомним, что не так давно и в нашей Госкорпорации не исключали продолжения работы на МКС до 2030 года, если с этим согласятся наши американские партнеры. Теперь вот американские партнеры выражают готовность, а наши - «верят с трудом». Дело в том, что с конца 2020 года ситуация в корне изменилась. Служебный модуль «Звезда» стал буквально трещать по швам. По этим трещинам специалисты поняли, что металл, служивший больше 20 лет, все-таки устал. Плюс – из строя начало постепенно выходить оборудование, до 80 (!) процентов которого нуждается в замене. Есть ли смысл постоянно латать дыры и ждать какого-нибудь серьезного ЧП на орбите? Или лучше постепенно сворачивать работу старого сегмента и разворачивать новую станцию? «Целесообразней разворачивать новую станцию», – сказали ученые. К тому же не на той орбите на которой сейчас летает МКС (51,6 градуса), а на той, которая выгоднее именно России, то есть, 97-98 градусов, чтобы лучше обозревать с нее территорию нашей страны, включая арктический регион. Об этом не так давно говорил журналистам генеральный конструктор РКК «Энергия» Владимир Соловьев. И вот теперь - снова метания? Мы слышим, что Роскосмос уже готов отказаться от исключительно национальной станции и снова организовать международный проект? Так на каком же этапе сейчас находится проект станции РОСС? Может ли РОСС, если она задумывается, как национальная станция, в интересах нашей страны, быть интересна какому-нибудь другому государству? На эти вопросы мы попросили дать ответ руководителя Института космической политики Ивана Моисеева. - В апреле этого года было совещание у президента, на котором президент согласился топить российский сегмент к 2025 году и строить новую станцию. Но до сих пор ситуация подвешена, денег на финансирование новой станции так и не выделено, - говорит Иван Моисеев. – Похоже, опять появилось желание «тянуть» станцию (российский сегмент МКС) за 25-й год. В общем, давайте подождем до конца года. К этому времени может появится ответ от правительства, куда летом Роскосмос передал предложение по РОСС на согласование. – В этом предложении, прописан облик станции, наклонение? – Увы, проект – без каких-то конкретных деталей. Думаю, они (разработчики проекта) даже не совсем представляют сами себе, где они хотят создавать эту станцию. А ведь разница велика. Можно построить ее на той же орбите, на которой сейчас летает МКС. Для этого нам придется просто отстыковать свой недавно прибывший модуль «Наука» и к нему стыковать новые модули. По такому принципу создавалась станция «Мир», к которой мы перестыковывали модули со станции «Салют-7». Если же мы решаем создавать станцию на новой, выгодной нам орбите, то модуль «Наука» туда перетащить уже не удастся, его придется топить. То есть, даже этот принципиальный вопрос еще не решен, а время идет. - Рогозин заявил о возможности снова создать международный проект. – В складчину всегда легче строить что-то большое. Возможно, в Роскосмосе надеются, что американцы снова помогут нам с финансированием нашего сегмента, как это было при строительстве МКС. Только вряд ли та история повторится сейчас. Американцам это уже не интересно. – Какой бюджет понадобился для строительства МКС? – Примерно 150 млрд долларов. Наша страна затратила всего 10% от общей стоимости. Повторю, сейчас этого уже не будет. Если мы решили строить новую станцию, мы должны будем выделять достаточное финансирование на ее создание, а также финансирование еще работающего до 25 года российского сегмента МКС. Суммы понадобятся не маленькие. В космической отрасли нам также высказали сомнения по поводу того, что кому-то из иностранцев будет интересна конгломерация с Россией по орбитальной станции. У Китая уже есть своя станция, которой они будут заниматься в одиночку в ближайшие 20 лет. Американцы, проработав на своем сегменте МКС до 30 или до 28 года, «уйдут» на лунную орбитальную станцию, по которой уже сейчас существуют более конкретные решения. Поэтому путь у нас один — начинать делать свою станцию самостоятельно, не оглядываясь на призрачных «партнеров». Главное, конечно, чтобы правительство прониклось этой идеей и все-таки согласовало проект.