Политический Эксперт

Пневмония, сепсис, сифилис или гонорея — до последних лет эти и другие бактериальные инфекции считались легко излечимыми с помощью антибиотиков. Пока беда не пришла, откуда не ждали: бактерии начали стремительно изменяться и приобретать устойчивость к препаратам. Ситуация осложняется тем, что новых антибиотиков уже лет пятнадцать как в мире не появлялось, и чем их заменить, еще никто не придумал. фото: pixabay.com Ситуацию с ростом антимикробной резистентности (АМР) называют одной из основных проблем, с которой столкнулась медицина в XXI веке. В некоторых случаях резистентность бактерий превышает 80% ко всем известным антимикробным препаратам. А в отдельных уже достигла 100%! Тяжело стали поддаваться лечению такие банальные в прошлом инфекции, как стафилококковые, стрептококковые, пневмококковые. Все чаще лекарства вообще не работают против сепсиса, от которого недавно трагически умерла певица Юлия Началова. Даже гонорея или сифилис, которые излечивались чуть ли не за день, вновь становятся опасными. Например, возбудитель «гусарского насморка» приобрел устойчивость практически ко всем антибиотикам. Еще недавно гонорею можно было легко и гарантированно вылечить всего одной таблеткой, теперь — нет. Что касается сифилиса, то врачи уже много десятилетий не видели пациента с «провалившимся» носом, то есть, с последней стадией болезни — студенткам таких показывали только в учебниках. Однако теперь все изменилось. Недавно президент Гильдии специалистов по ИППП (инфекциям, передающимся половым путем), главный научный сотрудник Московского НАЦ дерматовенерологии и косметологии, профессор Михаил Гомберг выступил с сенсационной лекцией: оказывается, единственным средством, действующим против сифилиса, остался пенициллин. Но, поскольку лекарство давно устарело, его уже почти никто не выпускает. Итог: врачи остались практически с голыми руками. А вот гонококк приобрел множественную устойчивость почти ко всем антибиотикам, кроме одной группы. Однако теперь от этих лекарств в мире постепенно отказываются: пострегистрационные исследования выявили большое количество серьезных осложнений, которые они вызывают у пациентов. В Европе эту группу уже почти не используют. Самое пикантное в том, что почти все разрабатываемые в мире новые антибиотики, которые проходят клинические исследования, относятся к этой группе! И эти исследования стали массово сворачивать. Так что пока ситуация с этими инфекциями пока выглядит, мягко говоря, беспросветно. Впрочем, и со многими другими тоже. Надежды на антибиотики, которые наряду с вакцинами в прошлом веке называли основной причиной резкого роста продолжительности жизни населения в XX веке, тают с каждым днем. Эксперты Всемирной Организации Здравоохранения выдвинули проблему с АМР в число приоритетных и заявляют, что под угрозой — жизни миллионов пациентов. Некоторые страны заявили о том, что это ставит под угрозу их национальную безопасность. По данным ВОЗ за прошлый год, процент устойчивости некоторых распространенных инфекций к лекарствам достиг 82%, и зачастую пневмонию, синусит, бронхит или сепсис лечить больше нечем. Это показал международный доклад, основанный на эпидемилогическом надзоре в странах с низким и высоким уровнем доходов, опубликованный ВОЗ. Количество лекарственно-устойчивых инфекций растет, как снежный ком. Так, только с 2013 по 2017 годы количество только инфекций кровотока с АМР увеличилось на 35%. Пять лет назад на Международном Экономическом Форуме в Давосе представили данные исследования, где прогнозировалось, что если все будет продолжаться текущими темпами, уже к 2050 году инфекции, устойчивые к антибиотикам, станут причиной смерти не менее 10 миллионов человек каждый год (сегодня это около 700 тысяч человек ежегодно). Что превысит количество жизней, унесенных раком (8,2 миллиона в год). Кроме того, то тут то там в мире появляются т.н. «супербактерии», с которыми не справляется вообще ничто. Одна из последних – клебсиелла пневмониа, от которой зафиксировано уже несколько смертей в разных странах. Против нее не работает ни один антибиотик в мире, сообщила недавно ВОЗ. Синегнойная палочка также вызывает у врачей немало беспокойства. Официально о случаях смертей по ее вине сообщается не часто, но на многих форумах люди делятся информацией. Как сообщила одна наша читательница, о том, что стало причиной серьезного поражения печени и глаз у ее мужа, она узнала случайно, выкрав историю его болезни из больницы. Из которой его, кстати, его выписали умирать. «Уровень лейкоцитов в его крови превышал норму в 500 раз, - рассказала читательница. Он выжил просто чудом. Никакие антибиотики, которых перепробовали немало, не помогали». Глобальный план по сдерживанию роста АМР, разработанный ВОЗ, подписало уже 126 стран, включая Россию. Главная задача – снизить ненадлежащее использование антибиотиков на 15%. У нас разработана стратегия сдерживания резистентности, рассчитанная до 2030 года. Среди ее положений: постоянный мониторинг ситуации с устойчивостью инфекций к антибиотикам; усиленное информирование населения (например, чтобы не занимались самолечением и доводили назначенные врачами курсы антибиотиков до конца); разработка новых препаратов; расширение возможностей вакцинопрофилактики (она формирует иммунитет к вирусам, что снижает количество бактериальных осложнений). Кроме того, у нас введена система мониторинга антимикробной резистентности AMRmap: это интерактивная карта страны, где обозначены очаги устойчивости микроорганизмов к антибиотикам. Сложнее всего, конечно, с разработкой новых препаратов. В резерве ВОЗ осталось считанное количество антибиотиков, эффективных против большинства бактерий. Это — препараты последней надежды, которые врачи должны назначать только при крайне тяжелых инфекциях с документальной подтвержденной множественной лекарственной устойчивостью. Разумеется, нужны новые лекарства. Но даже крупные зарубежные фармкомпании сегодня практически не вкладываются в эпопею с антибиотиками: дело это затратное, долгое и ненадежное. Некоторые эксперты называют ситуацию «чрезвычайной» и отмечают, что у нас есть все шансы в самом ближайшем будущем вернуться во времена, когда каждая хирургическая операция будет сопряжена с риском для здоровья, а кроме коры дуба и подорожника лечить бактериальные инфекции будет нечем. В России эти времена наступят, надо полагать, быстрее: доверия к российским лекарственным разработкам у большинства экспертов рынка нет, а зарубежные лекарства в последнее время с нашего рынка чаще выводятся, чем попадают на него. Кроме того, в нашей стране исторически сложилась низкая культура потребления лекарств. Пациенты любят заниматься самолечением и сами назначают себе антибиотики. Которые, несмотря на все попытки ограничения продаж, все равно можно практически повсеместно купить без рецепта. Власти который год грозятся навести с этим порядок, а россияне по-прежнему прибегают к антибиотикам по каждому незначительному поводу. По данным ВОЗ, Россия входит в список стран, на которые приходится самое высокое в мире потребление антибиотиков. В списке также значатся Бразилия, Индия, Китай и Южная Африка. По данным главного микробиолога РФ Романа Козлова, в нашей стране проблема резистентности к антимикробным препаратам приблизилась к критическому уровню. «Особенно это касается возбудителей инфекций внутри стационаров, к которым относятся синегнойная палочка, ацинетобактер и энтеробактерии. Кроме того, сегодня есть возможности выхаживать пациентов с очень тяжелыми заболеваниями, и в результате стали появляться возбудители, которых мы раньше не встречали, например, грибы Penicillium marneffei, которые вызывают инфекции у пациентов с тяжёлыми иммунодефицитами», - говорит эксперт. Люди научились расшифровывать геном, придумали искусственный интеллект, изобретают все более фантастические технологии для лечения болезней, а бактерии по-прежнему умеют обводить нас вокруг пальца. Кто победит в этом противостоянии? Пока этот вопрос остается без ответа. Екатерина Пичугина