Политический Эксперт

За первые дни 2020 года Владимир Путин совершил уже два зарубежных визита — в Дамаск и Стамбул. Непривычная для новогодних праздников активность связана с резким обострением ситуации на Ближнем Востоке: в списке «горячих точек» уже не только Сирия, но также Иран, Ирак и Ливия. Впрочем, был и приятный повод — запуск газопровода «Турецкий поток», который обеспечит российским топливом Южную Европу. фото: kremlin.ru Владимир Путин прилетел в Стамбул 7 января поздно вечером из Дамаска. Рождественский визит в Сирию оказался внезапным (о нем никого — даже партнеров по коалиции — не предупреждали) и настолько секретным, что лишних людей среди сопровождающих не было: даже удочку с микрофоном на съемке протокольной беседы с Башаром Асадом пришлось держать Дмитрию Пескову. Первые кадры их встречи появились в телеэфире только после того, как борт номер один, безопасность которого на части маршрута обеспечивали российские военные истребители, благополучно приземлился в Турции. У визита в Дамаск, совершенно очевидно, было две цели. Одна пропагандистская: показать, что Россия тоже много чего добилась в Ближневосточном регионе, причем без убийств и совершенно законным путем. На переговорах Путин заявил, что «ситуация не просто кардинально поменялась — фактически мы являемся свидетелями восстановления сирийской государственности и целостности страны». На улицах Дамаска, по его словам, уже вовсю кипит мирная жизнь — ходит общественный транспорт, работают магазины, люди сидят в кафе и ресторанах. «А ведь еще два года, несколько месяцев назад на наши головы без остановки падали снаряды», — чтобы подчеркнуть контраст, уточнил Башар Асад. По случаю праздника российский президент посетил две религиозные святыни — православную церковь Святой Девы Марии и знаменитую мечеть Омейядов, в которой ему показали общую для христиан и мусульман реликвию — голову (а скорее, часть головы) Иоанна Крестителя (примечательно, что о наличии такой же реликвии заявляют еще несколько церквей во Франции, Италии, Греции и т.д.). Патриарх Антиохийский и всего Востока Иоанн X в беседе с Путиным упомянул об аль-Багдади, приписав уничтожение боевика не американскому спецназу, как это было на самом деле, а российским военным. «Если бы не они, на месте храма вполне мог находиться лидер террористов Абу Бакр аль-Багдади или какой-либо другой главарь», — заявил иерарх. О второй, более важной цели визита лидеры также упомянули вскользь во время протокольной встречи. Путин, а за ним и Асад отметили, что, несмотря на внушительные успехи, ситуация в отдельных провинциях Сирии и в целом в регионе остается сложной. «Каждый раз, когда мы продвигаемся вперед, ситуация начинает все больше усложняться, потому что наблюдаются попытки восстановить террористов», — посетовал сирийский лидер. Нетрудно догадаться, что эти слова Асада относятся к Идлибу: сирийская армия при поддержке российских военных уже неоднократно предпринимала попытки выбить боевиков из так называемой «зоны деэскалации», однако всякий раз в дело вмешивался турецкий лидер Реджеп Эрдоган и путем уговоров, шантажа или интриг убеждал Владимира Путина прекратить операцию. Последнее мировое соглашение между ними было заключено в октябре 2019 года в Сочи. Однако, поскольку его положения не выполнялись, сирийцы, подождав два месяца, вновь начали наступление на Идлиб и за три недели освободили от боевиков более 40 населенных пунктов. Эрдоган в ответ на это, что называется, «психанул» и решил ввести войска в Ливию, где идет гражданская война. Причем воевать он собирается против оппозиционных сил во главе с Халифом Хафтаром, которого поддерживает Кремль. (По словам турецкого лидера, на стороне Хафтара сейчас воюют 2,5 тыс. бойцов ЧВК «Вагнер».) Эта не самая приятная для Владимира Путина ситуация сначала обсуждалась на переговорах с Башаром Асадом, а следом за ним — уже в Стамбуле — с самим Реджепом Эрдоганом. Причем встреча с турецким лидером оказалась такой же закрытой: прессу не допустили даже на протокольную фотосъемку. На публике президенты появились только спустя два часа на церемонии запуска газопровода «Турецкий поток» — их лица были напряжены и безрадостны, но оба быстро взяли себя в руки. «Сейчас мощность газопровода составляет 19 млрд кубов, но иншала, даст бог, будет достигать 31,5 млрд», — заявил с трибуны Эрдоган. Владимир Путин напомнил, что партнерство России и Турции является стратегическим и приносит осязаемые результаты, несмотря на попытки «ряда международных игроков» этому помешать. Президенты заверили, что в дальнейшем Москва и Анкара намерены придерживаться такой же созидательной политики: «идти по одному пути, как два добрых попутчика». «Турецкий поток» будет снабжать российским топливом как саму Турцию, так и Южную Европу. На самом деле маршрут заработал еще в первых числах января, но турки, как и русские, любят зрелищные шоу: на сцене установили две трубы — одну из Анапы, вторую из города с непроизносимым названием Кыйыкей. Путин и Эрдоган повернули вентиль, и трубы соединились. Вместе с ними в церемонии приняли участие президенты Болгарии и Сербии: болгары уже начали получать газ по «Турецкому потоку». Сербы пока ждут, когда труба дойдет до их границы. Елена Егорова Заголовок в газете: Сложнейший вояж Опубликован в газете